У тебя есть выбор? Кто и как управляет желаниями

07.09.2015 г. ПОЛЕЗНОЕ /
У тебя есть выбор? Кто и как управляет желаниями

Весь наш мир полон стимулов: от ресторанных меню и каталогов до лотерейных билетов и телевизионных реклам, и все они способны превратить человека в крыску Олдса и Милнера, преследующую обещание счастья нажимающую бесконечно на педаль, которая запускает импульс электрическо тока в ее мозг до изнеможения. Когда это случается, мозг становится одержим «Я хочу» и нам труднее говорить: «Я не буду».

Биохимия «Я очень хочу»

Как система подкрепления заставляет нас действовать?

Когда мозг замечает возможность награды (удовольствия), он выделяет нейромедиатор дофамин. Дофамин приказывает остальному мозгу сосредоточиться на этой награде и во что бы то ни стало получить ее . Прилив дофамина сам по себе не вызывает счастья и удовлетворения – скорее просто возбуждает. Мы резвы, вдохновлены, энергичны и замотивированы, бодры и увлечены. Мы чуем возможность удовольствия и готовы усердно трудиться, чтобы его достичь. За последние несколько лет нейробиологи давали действию дофамина много имен, например: поиск, хотение, влечение и желание. Но ясно одно: это не переживание чего-то приятного – удовольствия, удовлетворения, наслаждения или самой награды.

Наши выздоравливающие наркозависимые пациенты, прошедшие реабилитацию в центрах выздоровления "Решение" отмечали, что когда деньги на наркотики были на руках или сами наркотики, они знали где и как будут их употреблять то они как-бы уже и не испытывали синдром отмены или ломку. Их настроение становилось приподнятым, они получали дополнительную энергию и практически бежали употреблять наркотик.

Исследования показывают, что можно уничтожить всю дофаминовую систему в мозге крысы, но животинка все равно скорчит довольную мордаху, если вы покормите ее сахарком.

Только вот работать за лакомство ее уже не заставишь. Она любит сахар, но не хочет его, пока не получит.

В свое время в институте мозга имени Бехтерева, что находится в СПБ, проводили операции на головном мозге у наркозависимых пациентов, насколько я понимаю, именно с целью воздействовать на дофаминовую систему и убрать желание или влечение употреблять наркотики. В моем понимании варварксое мероприятие (вспоминаю фильм Полет над гнездом кукушки с Д.Николсоном). Это называлось лечением наркомании. За все время своей практики, а это уже более 15 лет, я не встретил ни одного выздоравливающего наркозависимого после такой процедуры.

Так вот. В 2001 году стэнфордский нейробиолог Брайан Кнутсон опубликовал убедительное исследование, в котором доказал, что дофамин отвечает за предвкушение, а не за переживание награды.

Ученый использовал модель знаменитого в бихевиористской психологии эксперимента Ивана Петровича Павлова – классическое формирование условных рефлексов у собак. В 1927 году Павлов заметил: когда собаки привыкали, что перед кормежкой раздавался звон колокольчика, при этом звуке у них начинала выделяться слюна, даже если еды не предвиделось. Они выучились связывать звон с обещанием обеда. Кнутсон предположил, что мозг тоже выделяет своего рода слюну в предвкушении награды – и, что особенно важно, когда мозг получает награду, он работает иначе. В своем исследовании Кнутсон помещал участников в томограф и вырабатывал у них условную реакцию: когда на экране появлялся определенный символ, они могли выиграть денежный приз. Чтобы его получить, нужно было жать на кнопку. Вскоре, когда люди видели символ, в их мозге активировалась система подкрепления и выделялся дофамин, – и участники изо всех сил давили на кнопку. Но при выигрыше эта область мозга затихала. Радость победы регистрировалась в других нервных центрах. Кнутсон доказал, что дофамин отвечает за действие, а не за счастье. Обещание награды требовалось, чтобы не проворонить выигрыш.

Когда возбуждалась система подкрепления, они переживали предвкушение, а не удовольствие. Все, что, по-нашему, нам понравится, запускает систему подкрепления. Соблазнительная еда, выигрыш в казино или карточным столом,запах варящегося кофе, папироса с марихуаной или таблетка экстази, символ 50-процентной скидки в витрине, улыбка симпатичного незнакомца, бокал вина, реклама, которая обещает сделать нас богатыми. С притоком дофамина этот новый объект желания кажется критически необходимым, чтобы выжить.

Когда дофамин завладевает нашим вниманием, мозг приказывает нам достать объект или повторять то, что нас привлекло. Природа позаботилась, чтобы мы не оголодали, ведь сбор ягод – серьезное занятие, а человеческий род не должен исчезнуть лишь потому, что соблазнить потенциального партнера – дело слишком хлопотное. Эволюции плевать на счастье, но она обещает его, чтобы мы боролись за жизнь. Поэтому ожидание счастья – а не непосредственное его переживание – мозг использует, чтобы мы продолжали охотиться, собирать, работать и свататься. Разумеется, теперь мы живем в совершенно ином мире. Когда человек впервые пробует наркотики и мозг запоминает состояние эйфории природа начинает работать против человека. Запускается адский механизм, из которого практически невозможно выбраться в одиночку. Когда нет наркотика-выделяется дофамин, который стемулирует его поиски и прием, несмотря ни на что, ни на какие тяжелые последствия. Люди употребляют наркотики не смотря на проблемы с законом, близкими людьми, здоровьем и деньгами.

Смотрите... Взять, к примеру, всплеск дофамина от вида, запаха или вкуса жирной или сладкой пищи. Выделение дофамина гарантирует, что мы захотим объесться до отвала. Замечательный инстинкт, если вы живете в мире, где еды мало. Однако в нашей среде еда не просто широкодоступна, но и готовится так, чтобы максимизировать дофаминовый ответ, поэтому каждый такой всплеск – путь к ожирению, а не к долголетию. Или задумайтесь о воздействии сексуальных образов на нашу систему подкрепления. На протяжении почти всей человеческой истории обнаженные люди принимали соблазнительные позы только перед реальными партнерами. Конечно, слабое желание действовать в такой ситуации было бы неразумным, если вы хотели оставить в генофонде свою ДНК. Но спустя несколько сотен тысяч лет мы оказались в мире, где интернет-порно доступно всегда, не говоря уже о вездесущих сексуальных образах в рекламе и индустрии развлечений. В порыве преследования каждой из таких сексуальных «возможностей» люди зависают на порносайтах и становятся жертвами рекламных кампаний, которые используют секс, чтобы продать все – от дезодоранта до дизайнерских джинсов.

Дофамин по запросу

Если мы объединим моментальное вознаграждение при употреблении наркотиков ( а ведь со временем, как я писал, вознаграждением становится не просто получение эйфорического эффекта при приеме наркотических средств, но и временное облегчение от тревожно-напряженно-депрессивного состояния). Или например в мире современных технологий и маркетинга мы будем воздействовать на эту первобытную систему мотивации ( которая должна обеспечивать базовую потребность человека - выжить), то получим стимулирующие устройства, с которыми практически невозможно расстаться.

Для зависимого человека это или наркотик, или алкоголь, или рулетка в казино или поход по магазинам, или дополнительный лайк в социальной сети к его фотографии....

Так удивительнейшим образом наша ценральная нервная система, которая призвана служить выживанию рода человеческого при употреблении наркотиков начинает работать на саморазрушение.

Некоторые из нас еще помнят, как замирало сердце, когда мы нажимали кнопку автоответчика, проверяя новые сообщения. Потом было предвкушение, что мы выйдем в Интернет, а компьютер обрадует нас: «Вам письмо!» Теперь у нас есть Вконтакте, Одноклассники, Facebook, Instagram,Twitter, электронная почта, текстовые сообщения – современный эквивалент приборов самостимуляции психиатра Роберта Хита. Есть шанс, что нам кто-то напишет, а следующее видео на YouTube нас рассмешит, и мы продолжаем навязчиво обновлять страницу, жать на ссылки и проверять девайсы. Как будто к нашему мозгу тянутся провода от мобильных телефонов, Iphon и ноутбуков, и они постоянно дают нам разряды дофамина. Эти штуки захватывают нас, мы постоянно к ним обращаемся. Ключевое действие, которое мы совершаем в Интернете, – идеальная метафора обещания награды: мы ищем. И ищем. И снова ищем, кликая мышкой, как… как крыса в клетке, надеясь на следующее «попадание», в ожидании ускользающей награды, которая наконец-таки даст нам ощущение насыщения. Возможно, сотовые, серфинг в Интернете и социальные сети случайно эксплуатируют нашу систему подкрепления, но разработчики компьютерных и видеоигр намеренно манипулируют ей, чтобы подсадить игроков. Обещание, что переход на следующий уровень или великая победа может произойти в любой момент – вот что делает игру столь притягательной. И поэтому от нее так трудно оторваться.

В одном исследовании обнаружилось, что видеоигра вызывает всплеск дофамина, сопоставимый с использованием амфетамина: дофаминовая лихорадка сопутствует как игровой, так и наркотической зависимостям. Вы не можете предсказать, когда получите баллы или перейдете на другой уровень, поэтому ваши дофаминергические нейроны продолжают выстреливать, а вы прилипаете к стулу. Кто- то сочтет это замечательным развлечением, а кто-то – аморальной эксплуатацией игроков. Подсядет не всякий, взявший в руки пульт, но у тех, кто к этому склонен, может развиться такая же зависимость от игр, как от любого наркотика. В 2005 году 28-летний корейский мастер по ремонту бойлеров Ли Сенг Сеп умер от сердечно-сосудистой недостаточности, играя в StarCraft 50 часов кряду. Он отказывался спать и есть. Эта история не может не напомнить о крысах Олдса и Милнера, до изнеможения нажимавших рычаг.

Под микроскопом: от чего выстреливают ваши дофаминергические нейроны? Вы знаете, что вызывает у вас всплеск дофамина? Еда? Алкоголь? Шопинг? Facebook? Еще что-то? На этой неделе проследите, что завладевает вашим вниманием. Что дает вам обещание награды и увлекает на поиски удовольствий? От чего вы истекаете слюной, словно собака Павлова, или становитесь одержимы, словно крысы Олдса и Милнера?

Рецепт на зависимость

Возможно, наиболее яркое подтверждение роли дофамина в возникновении зависимостей было найдено у пациентов с болезнью Паркинсона, распространенным нейродегенеративным расстройством, при котором отмирают клетки мозга, вырабатывающие дофамин. Основные симптомы от противного доказывают, что дофамин побуждает к действию: пациенты двигаются медленно или неточно, склонны к депрессиям, временами погружаются в кататонический ступор. Стандартное лечение болезни Паркинсона – сочетание двух лекарств: «Леводопа» помогает мозгу производить дофамин, а агонист дофамина вынуждает дофаминовые рецепторы мозга притворяться, будто нейромедиатор к ним поступает. Когда пациенты начинают лекарственную терапию, их мозг получает дофамин в объемах, которых им давно не перепадало. Это облегчает многие проявления болезни, но вызывает и неожиданные трудности.

Медицинские журналы полны докладов о случаях непредусмотренных побочных эффектов этих лекарств:

  • У 54-летней женщины возникла неутолимая тяга к печенью, крекерам и макаронам, она объедалась ими по ночам.
  • 52-летний мужчина стал невероятно азартен: он не вылезал из казино по 36 часов и спускал там свои сбережения.
  • 49-летний мужчина вдруг пристрастился к алкоголю и развил, по выражению жены, «чрезмерное половое влечение»: пришлось вызывать полицию, чтобы он оставил ее в покое.
  • Еще один пациент никак не мог расстаться с пневматической машинкой для сбора опавших листьев и по шесть часов кряду пытался создать идеальный дворик без единого листочка – но семья и врачи сочли это менее опасным.

Все это полностью исчезло, когда пациенты перестали принимать лекарства, повышающие дофамин. Но во многих случаях растерянные родственники и доктора отправляли больных на психотерапию, к «Анонимным алкоголикам» и «Анонимным игроманам». Они не разглядели, что новые зависимости зародились в мозге и не являлись затаенными душевными проблемами, требовавшими психологического и духовного наставничества. Эти случаи – крайности, но примерно то же самое происходит в вашем мозге, когда вы подсаживаетесь на обещание награды. Лекарства, которые принимали пациенты с паркинсонизмом, просто увеличивали естественное воздействие еды, секса, азартных игр и работы на систему подкрепления.

Мы стремимся к удовольствиям, и зачастую – ценой собственного благополучия. Когда дофамин направляет наш мозг на поиск награды, мы становимся рисковыми, импульсивными – безбашенными личностями. Но что особенно важно, даже если мы не получаем награды, ее обещания – и страха ее потерять – довольно, чтобы удержать нас на крючке. Если вы лабораторная крыса, вы будете жать на рычаг, пока не упадете без сил или не умрете с голоду. Если вы человек, в лучшем случае у вас опустеет кошелек и потяжелеет желудок. В худшем случае вы можете обнаружить, что увлекли себя в водоворот зависимостей и навязчивых действий.

«Ваш кандидат медицинских наук, психиатр-нарколог, психотерапевт, Болдырев Олег.»

Пост был для вас полезен?

Тогда пожалуйста, сделайте следующее...

  1. Поставьте «лайк».
  2. Поделитесь этим постом с друзьями в социальных сетях.
  3. И конечно же, оставьте свой комментарий ниже :)

Поиск по сайту

Подпишись и получи бесплатно книгу от Олега Болдырева
YouTube канал
Изучите проблему и решение на моём канале YouTube
Моя книга
Энциклопедия независимости (Богданчиков В., Болдырев О., Сурайкин А.) 2006г.
VKontakte