Здравствуйте, уважаемые посетители моего ресурса. Уверен, вы тут не случайно.

Меня зовут Олег Болдырев. По образованию – психиатр-нарколог, психотерапевт. Кандидат медицинских наук.

Для того, чтобы мы могли продолжить наше общение, предлагаю немного познакомиться. И чтобы я мог быть вам максимально полезным, расскажу вкратце свою историю.

О моем пути. О годах развития моей наркомании. О боли. И о выздоровлении. О том, почему я и наша команда «Решение» сегодня занимается спасением жизней. Но, впрочем, всё по порядку.

Мое обычное советское детство проходило как и у других миллионов советских детей. Не думаю, что оно чем-то ярко отличалось. Средний советский город, среднестатистическая советская семья. Мама-врач. Отец-инженер. Пятиэтажные бараки на серой окраине.

Детский сад. Школа. Немного обманывал, немного воровал, немного баловался. Правда, эти «немного» абсолютно выходили за рамки той системы, которую предлагали мне взрослые. Однажды поджег всю школьную макулатуру (кто помнит, тот поймет), приезжали пожарные машины, школа чуть не сгорела... Курил с семи лет. Причем почему-то больше всех в школе. Сразу же начал воровать деньги на сигареты и собирать окурки на улице. Стройки. Рощи... Часто семья разыскивала меня после окончания школьных занятий по всему району. Несмотря на жесткие репрессии отца дома, который как мог меня воспитывал, я врал и продолжал курить. Все сверстники, кстати, почему-то бросили. В общем, не такой как все... Таких детей называют обидными такими словами – девиантами или маргиналами. «Все дети как дети – почему с тобой вечно что-то не так? – кричал отец. – Почему?» Я не знал ответа на его вопрос.

В семилетнем возрасте я начал заниматься спортом. Так сложилось. В школе объявили: кто хочет, может записаться в бассейн на плавание. Привозил и увозил школьный автобус, между прочим. Правда, вместо аквапарка, непонятно откуда взявшегося у меня в голове, меня ожидал послевоенный старый бассейн с тремя 25-метровыми дорожками. То ли мне нечем было тогда занять время, то ли... В общем, благодаря спорту моя никотиновая зависимость (а она уже к тому времени была полностью сформирована) была приостановлена на 4 года. Потом Школа олимпийского резерва, с десяти до пятнадцати лет был исключительно спортивный режим. Каждый день начинался в 5.45, в 7 часов – первая тренировка. За одну тренировку мы проплывали от 4 до 8 километров. Помимо этого, у нас проходили еще и «сухие» тренировки, после которых нужно было быстро поесть, посетить школу – и снова на тренировку. Бывало такое, что за день приходилось проплывать по 16 км. В общем, счастливое детство! «День сурка». Однако 4 года на паузе! Без сигарет. Или три – уже не помню.

Среди всех моих родственников можно насчитать 15 врачей. Никто из нашей большой медицинской семьи даже представить себе не мог, что когда-нибудь я стану жертвой химической зависимости и у меня будет зависимость от наркотиков или алкоголя. Первые серьезные симптомы начали проявляться еще в Школе олимпийского резерва.

Внимание! Спорт, как и физкультура, не является профилактикой развития химической зависимости и гарантией, что такой зависимости у вас не будет. Как не является и методом лечения и реабилитацией от наркотиков и алкоголя.

В жизни я встречал многих восходящих звезд спорта, поддавшихся этой страсти, среди них были боксеры, пловцы, чемпионы России, призеры Европы, и выжили лишь единицы.

Если взять наш класс, то там было большинство таких детей, которые вряд ли вообще хоть раз задумывались на тему наркотиков. Эти дети были далеки от этого, они жили совсем в другой реальности.

Некоторые из нашего класса тусовались с нами (в то время мы были лидерами в классе) и слышали все, о чем мы разговариваем. При этом у моего друга был старший брат-наркоман (R. I. P.), и  небольшой процент одноклассников попадал в сферу тематик, цеплявших нас.

Среди нас были такие, как, собственно, и я, которые, услышав о наркотиках, захотели их активно пробовать. Хотя «захотели» тут как-то неуместно. Почему? Постараюсь объяснить. Когда мы говорим «хочу» – подразумевается выбор. Например: хочу, но не буду, потому что это вредно. Или: хочу, но не могу, потому что нет возможности в данный момент. В случае с наркотиками у меня было так – просто буду, потому что по-другому нет варианта. Нет этого выбора, о котором часто пишут или говорят психологи. У ЗАВИСИМОГО НЕТ ВЫБОРА. ОН В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ СТАНЕТ ЗАВИСИМЫМ. СЕЙЧАС ИЛИ ЧЕРЕЗ ДЕСЯТЬ ЛЕТ. Так как наркотики являются лишь частью болезни зависимости. Они приходят как естественная часть жизни такого человека. Об этом есть много информации на моем канале YouTube.

Почему люди становятся наркоманами. Смотреть.

В 13 лет первые пробы – таблетки, снотворные, транквилизаторы, гашиш, эфир – его я начал нюхать достаточно часто, воровал на уроках физики. Далее обнаружил, что в елочных гирляндах с электрическими свечками тоже было летучее вещество, похожее на эфир, и когда лампочка нагревала ампулу,в ней красиво булькали подсвеченные разными цветами пузырьки. Эти ампулы я ломал и нюхал. Отец удивлялся, когда приходило время наряжать новогоднюю сосну: куда пропали украшения?

Вот так постепенно у меня и формировалась химическая зависимость. Я с жадностью выписывал названия препаратов, психоактивных веществ, изменяющих сознание, на листок бумаги и активно их искал.

Что привлекало? Тайна… интерес... Желание (ну откуда оно могло взяться у ребенка, никогда не пробовавшего наркотики?). Мы были не такие, как все… Первые джинсы, запрещенные в то время западные исполнители рок-музыки – Led Zeppelin, Deep Purple, Nazareth, The Doors, King Сrimson, Pink Floyd… Запретный плод для меня был всегда сладок, чего не могу сказать о моих стандартных советских одноклассниках. И почему так?..

Примерно в это же время я первый раз попробовал алкоголь. Выпив его сколько-то, упал и потерял сознание. То есть первый раз – и до тяжелейшего опьянения. Просто в хлам. Напился очень сильно. Так было практически всегда. Одна рюмка, вторая... Темнота... Тяжелое пробуждение с гнетущим внутренним ощущением того, что вчера было что-то жесткое или крайне нелицеприятное.

Когда я приходил домой к одноклассникам, неважно к кому (мне было 14–15 лет), единственной моей целью была аптечка в их доме. Под предлогом, что у меня что-то болит, я всегда залезал в аптечку. Я искал там любые препараты, которые изменяли сознание, настроение, поведение. В общем, так все и началось. Незаметно. Неотвратимо. Стремительно.

Впервые попробовал тяжелые наркотики в 1990 году, как раз в то время, когда страна менялась, а старый строй рушился, мне было 19 лет. Одновременно я поступил на первый курс медицинского университета. На смену постоянно тягомотно-серо-пустому ощущению в груди беспокойства, раздражения и неудовлетворенности моментально пришло чувство легкости, комфорта, удовлетворения, тепла, наполненности и полноты жизни. Вы помните первую любовь? Так вот, опий стал для меня круче по всем параметрам. Ощущение, что я нашел то, что всегда искал, пришло само собой. Я влюбился. Эта любовь продолжалась десятилетия... Некоторые виды любви убивают. Например, как в Ромео и Джульетте.

В тот период было сложно достать наркотики, и к тому же у меня была семья, поэтому нужно было соблюдать определенные семейные нормы. Мои семейные ценности и уважение к родителям были разрушены не за один день. Я уважал отца и любил маму. При этом я продолжал заниматься спортом. Все это не давало быстро подсесть на иглу. Достаточно долгое время получалось контролировать употребление инъекционных наркотиков. Ведь была и социальная жизнь, я учился в медицинском университете. Не знаю, как мне удавалось все это сочетать.

Так как алкоголь я никогда не мог употреблять без последствий (он вызывал у меня ненормальную реакцию организма, поэтому я сразу всегда напивался), то наркотики были своеобразной заменой алкоголю. По сути, наркотики стали для меня РЕШЕНИЕМ. Кстати, употребление травы, в отличие от внутривенных наркотиков, я не мог контролировать никогда. За многие годы килограммы этой отравы были выкурены, отфильтрованы легкими, печенью, почками и отправлены в головной мозг для искажения реальности. Слава Богу, тогда не было тех дизайнерских наркотиков, которые сегодня за считаные месяцы сводят людей с ума, толкают на самоубийства и закрывают навсегда в психиатрических больницах.

И естественно, как любой наркоман, я не хотел стать наркоманом. Точнее, я хотел быть счастливым человеком, путь я нашел, а о последствиях не знал. На самом деле было найдено лекарство от себя самого. И да: у каждого человека есть мечта. Наверное, у каждого. После того, как я первый раз посмотрел фильм «Криминальное чтиво», у меня она тоже появилась. Я мечтал попробовать героин. Я мечтал и ждал шанса.

Моя мама, которая руководила крупными клиниками в нашем городе и была уважаемым врачом, сразу увидела, что с ее сыном происходит что-то непонятное, и она догадалась о том, что я употребляю наркотики.

Впервые родители меня привели на консультацию к психиатру в 15 лет. К самому заведующему кафедрой (чего мелочиться?), профессору, доктору медицинских наук. Как и большинство психиатров, докторов медицинских наук, он ничего не соображал в наркомании. Хотя и был умнейшим и добрейшим человеком. Мы мило пообщались с ним, и он уверил мою маму: «Вообще не переживайте, нормальный парень, все у него хорошо». Только один я знал правду. И на самом деле для меня та жизнь, которую я вел, была единственной нормальной жизнью, которую я знал и понимал: улица, садики, наркотики, подвалы. Немного учебы. Немного спорта. Много улицы. Никаких правил. Хотя нет, правила такие – где взять наркотики, как приготовить и употребить, как найти возможность достать еще. Была возможность – употреблял опий. Не было – что-то другое. Трава с утра до вечера. Каким-то чудом учился. Каким-то чудом женился. И естественно, развелся. Я не буду рожать от наркомана – эти слова первой по-настоящему близкой для меня женщины стальной бритвой вырезали кусок моего сердца... Она почему-то стала психиатром. Как и еще две девочки, с которыми я встречался в универе, стали психиатрами. «Психиатр не профессия, а диагноз» – говорили они.

олег болдырев

Так продолжалось семь лет, до того момента, пока в жизни не появился героин. И героин меня, в принципе, сразу убил, в течение трех лет он меня просто растоптал, превратил в раба, размазал. Тогда было пройдено несколько курсов лечения. Мама использовала все свои возможности, которые были у нее на тот момент. Не было в то время реабилитационных центров. Были врачи – психиатры-наркологи, которые ничем мне помочь не могли, так как учили их только тому, как помочь зависимому избавиться от острого абстинентного синдрома с помощью психотропных препаратов. Невозможно вылечить зависимость от психоактивных веществ психоактивными веществами. Были отчитки от бесов и поездки к святым мощам. Были бабушки, что-то нашептывающие в однокомнатных хрущевках со свечами и иконами. Были отделения искусственной почки и военные госпитали. И были нечеловеческие звуки рыдания моей мамы на коленях у моей кровати.

После очередной детоксикации я тут же выходил из больницы и продолжал дальше употреблять. Потому что основная моя проблема скрывалась в мышлении. Но об этом никто тогда не знал. Я тоже не знал. И только где-то глубоко внутри я понимал, что когда-то все-таки я найду способ прекратить употреблять наркотики. Но тогда не мог. Потому что наркотики стали самым главным в моей жизни. Что они делали? Они избавляли от боли хоть на короткое время. От эмоциональной боли, которая в моей жизни присутствовала уже постоянно. Наркотики – анестезия не только для тела.

Психические аспекты зависимости или почему наркоман возвращается к употреблению наркотиков. Смотреть.

Так начался путь (это было в 1999 году) по поиску способа, который мне мог помочь реально излечиться. И где-то глубоко внутри я понимал, что этот способ будет связан с чем-то, что неподвластно человеку. С какой-то Высшей Силой, с Богом. Так как никакая человеческая сила мне помочь не могла. Ни я сам, ни любовь матери, ни искренние попытки наркологов и других специалистов привести мое тело в порядок, ни любящие и преданные женщины, ни священники, ни экстрасенсы, ни психотерапевты... Никто...

Так первый раз в 1999 году я попал в реабилитационный центр, который совсем недавно появился (их было несколько в России). Программу привезли нам американцы. Я видел людей, которым она помогла. Я впервые увидел законченных наркоманов, которые каким-то чудом оставались чистыми и трезвыми без наркотиков и без алкоголя.

Методы лечения наркомании. Смотреть.

Я прошел три курса лечения в таких центрах – увы, тщетно. На какое-то время прекращал употребление, но потом срывался и продолжал употреблять еще сильнее. Становилось все хуже и хуже. В промежутке между этими реабилитационными центрами было еще 11 месяцев монастырей. Выходя из монастырей (православных, ортодоксальных), где я действительно старался выполнять все предписанные правила, опять срывался – мне это не помогало.

В общем, в результате я пришел к тому, что в один из периодов между срывами (это было в Санкт-Петербурге) попал на обучение к американским специалистам, которые привезли в Россию новую программу реабилитации наркоманов. Тогда вся Россия буквально захлебывалась от героина. В каждом дворе, практически в каждом подъезде продавали героин. Вымерло целое поколение. Кладбища были усыпаны свежими могилами с молодыми ребятами. Программа длительной реабилитации наркозависимых в условиях терапевтических сообществ, которую привезли американцы, называлась Daytop. На обучении было много врачей и других специалистов.

Олег Болдырев и НАС

Многие были заряжены энтузиазмом. Казалось, что панацея от наркомании найдена. Так вот. Каким-то чудом я попал на это обучение. Как каким-то чудом, кстати, окончил медицинский университет и прошел специализацию по психиатрии в один из периодов перерыва от наркотиков.

Мои дипломы

Это была длительная программа реабилитации для людей, полностью разрушенных социально и морально. А в России наркоманы как раз такие. Они не только употребляют наркотики, но еще и никогда не работали, просто потому что не умеют этого делать, многие даже не учились. Большинство. В общем, таких людей необходимо полностью восстанавливать, заново учить жить, думать, поступать...

Я увидел, что эта новая программа может сработать. Причем я знал, что многим помогает модель Миннесота, использующая элементы 12-шаговой программы, на которой построены короткие 28–42-дневные курсы реабилитации . В тот момент у меня появилась идея о том, что можно объединить две эффективных технологии:

  1. Модель Миннесота с элементами 12 шагов, которая, являясь морально-психологической методикой для определенного процента людей, помогала менять мышление и избавляться от верхнего пласта эмоциональной боли, с которой люди попадали в реабилитацию.
  2. И терапевтические сообщества, в которых люди в первую очередь меняли свои привычки, получали при этом предпрофессиональные навыки при воздействии на них среды, микросоциума, куда они попадали из привычного для себя мира. Методы лечения в терапевтических сообществах, ориентированных на длительное проживание в таких сообществах, направлены в первую очередь на социальную реабилитацию наркозависимых.

олег болдырев

Оказалось, что в мире уже давно все изобретено, а Россия не была готова к такому взрыву наркомании. В стране была эпидемия. Мы успешно начали реализовывать такую программу лечения наркомании. Первый реабилитационный центр я открыл в 2001 году под Санкт-Петербургом для самых тяжелых наркоманов. И оказалось, что те наркоманы, которые не могли выздоравливать в 28-дневных программах (они считались самыми тяжелыми), начали выздоравливать в нашем терапевтическом сообществе. Мы смогли достигнуть прекрасных результатов. Но у меня самого был тогда небольшой срок чистоты и трезвости от психотропных препаратов, не хватало знаний и опыта. Было очень искаженное понимание программы выздоровления. Я сам, как зависимый человек, будучи директором и создателем реабилитационного центра, начал опять употреблять наркотики и за 1,5 месяца пришел в тяжелейшее состояние. И снова меня поместили в лечебное учреждение, опять оказывали профессиональную помощь, опять был монастырь и опять полностью разрушенная жизнь.

В 2002 году я появился в Москве. Тогда в столице, да и вообще на нашей части России (до Сибири) никто не знал о длительных программах реабилитации. Потом я узнал, что в Сибири примерно в это же время тоже начали применять длительную реабилитацию наркозависимых в условиях терапевтических сообществ. А вот в центральной части России и на юге, в Поволжье и на Урале тогда никто и ничего даже не слышал о таких технологиях.

Так, на базе одного из медицинских центров, проводившего медицинскую детоксикацию наркологических больных в Москве я впервые запустил программу длительной реабилитации наркозависимых в условиях терапевтического сообщества с использованием элементов 12 шагов. Параллельно с этим я сам сохранял чистое, трезвое состояние, начал практиковать собственную программу выздоровления.

Протестировав эту технологию, в 2004 году мы с партнерами открыли реабилитационный центр с длительной программой реабилитации. Назвали его «Вершина» и параллельно основали некоммерческий фонд по профилактике социально значимых заболеваний и пропаганде здорового образа жизни «Здоровая страна».

Через три месяца в центре все места были забиты больными. Поэтому нам даже приходилось отправлять людей из Москвы в тот центр, который остался работать под Санкт-Петербургом. Таким образом, многие и многие наркозависимые и их семьи получили помощь, которую им уже никто не в силах был оказать. К нам приезжали отовсюду, огромное количество людей. Дорогие клиники, такие как клиника Маршака, отдавали нам на лечение самых сложных клиентов, с которыми они не могли справиться. У нас получалось. Те ребята, которые начиная с 2004 года прошли у нас лечение от наркомании, по сегодняшний день свободны от зависимости, у них семьи, кто-то стал бизнесменом, кто-то работает, у многих появились семьи, дети. Очень много ребят, находящихся на краю гибели, тогда спасли свои жизни в нашем центре.

Процесс реабилитации

Нашу модель начали копировать, и постепенно открывались реабилитационные программы на юге России, в Поволжье, Башкирии.

В составе фонда мы выпустили книгу, которая называлась «Энциклопедия независимости», потому что я понимал, что те люди, которые приходят ко мне на первичные консультации, вообще не понимают, с чем они столкнулись, что им делать. Мало того, не понимают что делать ни педагоги, ни врачи, ни психологи. Что вообще можно сделать с зависимым человеком.

Энциклопедия независимости

Энциклопедия независимости (Богданчиков В., Болдырев О., Сурайкин А.) 2006г.

скачать

На основе моих первичных консультаций мы с партнерами попытались заполнить тот информационный вакуум, который существует в стране. Отсутствие информации является проблемой и на сегодняшний день. Сегодня мы заполняем пробелы с помощью новых технологий.

СМОТРЕТЬ ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ ВИДЕО КАК СПАСТИ ЗАВИСИМОГО

Но тогда мы смогли написать для людей энциклопедию. Ее покупало у нас государство: Правительство Москвы купило 50 тысяч экземпляров, раздали в наркологические больницы и диспансеры, в школы. Государственный заказ на книгу осуществили Федеральное агентство по делам молодежи, правительства Новосибирска, Калининграда и еще целого ряда крупных регионов. Центральный офис Сбербанка России приобрел и подарил каждому своему сотруднику экземпляр «Энциклопедии независимости».

Потом наступил кризис 2008 года, и финансирование проекта было закончено. Также мы в составе фонда, совместно с Федеральным агентством по делам молодежи реализовали проект, который стал первым в России конкурсом программ в сфере реабилитации наркозависимых и профилактик наркозависимости. Была проведена конференция, собраны впервые в одном месте все специалисты со всей России, которые тогда занимались данными вопросами. Был проведен анализ программ и проектов, выпущена методическая литература.

В составе программы фонда «Здоровая страна» мы первые начали проводить так называемые интервенции. Дело в том, что ни один наркоман, ни один зависимый человек не хочет лечиться, а его родственники не знают, что им делать. Я изучил западную литературу, после чего мы впервые начали реализовывать новые в то время для России технологии.

олег болдырев

Посмотрите обязательно видео - как заставить наркомана лечиться?

С того времени нам на телефон горячей линии в день поступало более 20 звонков от больных зависимостью, и, если посчитать за годы моей работы в фонде, к нам обратились около 44 тысяч больных, для которых мы провели профессиональные консультации по телефону. Примерно 10% из них приходили к нам на бесплатные консультации в офис. Это около 4300 человек, которые получили консультацию лично у меня и моих коллег. Примерно половина этих людей исцелились от наркомании, а это около 2,5 тысяч человек. Созданные мной длительная программа реабилитации наркозависимых «Вершина» и фонд «Здоровая страна» были переданы потом моим преемникам – выпускникам и ученикам. И сегодня многие реабилитационные центры России работают по той программе.

Личный кризис, к которому привел целый ряд факторов, заставил меня на 3 года уйти из профессиональной деятельности. Что нас не ломает, то делает сильнее. Я не сорвался, не вернулся к употреблению наркотиков, использовал все имеющиеся ресурсы, чтобы вернуться в строй. О том, какие кризисы могут быть у зависимых людей на больших сроках выздоровления, вы также можете узнать из моих роликов на наших каналах в YouTube .

Ознакомьтесь с моей статьёй постабстинентный синдром или почему наркотик умеет ждать.

Результат – была проведена большая работа над ошибками – как теми, что допускал я сам в своем личном выздоровлении как зависимый человек, так и теми, что мы допускали в фонде «Здоровая страна» и в программе «Вершина» при оказании профессиональной помощи наркозависимым и их семьям.

В поисках ответов на вопросы личного восстановления я посетил много стран Юго-Восточной Азии, где практиковал и изучал различные древние методы гармонизации психического, физического и духовного здоровья человека.

В 2014 году была создана новая авторская программа «Решение», благодаря которой мы сегодня – № 1 в области реабилитации наркозависимых в России. Программа «Решение» использует как самые точные данные из программы «12 шагов», так и опыт из первоисточников программы реабилитации наркозависимых в терапевтических сообществах Daytop, самые современные направления психотерапии и древние техники восстановления, собранных в разных частях Земли.

Весь 15-летний опыт был тщательно описан и структурирован. Каждый этап программы «Решение» был исследован и за три года работы уже показал свою высокую эффективность.

Мы тщательно подходим к отбору персонала и постоянно развиваемся. Наши профессионалы – это люди, которые имеют большой опыт работы в сфере реабилитации. Они не только преданы своему делу, но и любят его.

В данный момент у нас есть сеть центров на юге России, в Поволжье, Сибири. Скоро мы выйдем в центральный регион, для того чтобы и там оказывать профессиональную и эффективную помощь наркозависимым людям.

Программа РЕШЕНИЕ. Читать.

За время работы программы «Решение» было проведено около 11 тысяч бесплатных консультаций по телефону для людей, у которых есть проблемы зависимости в семьях.

Программа написана и оформлена в документы. Мы впервые разработали папки консультантов, папки пациентов. Это наши собственные разработки, не имеющие аналогов ни в России, ни за рубежом. Мы постоянно растем, развиваемся, постоянно обучаем персонал. В нашем штате есть психологи, психотерапевты и врачи, волонтеры и социальные работники. Общий профессиональный стаж наших специалистов только в одном ростовском центре составляет 108 лет.

Для того, чтобы дальше улучшать качество помощи, мы всему нашему персоналу помогаем развиваться как личностям. Миссия у нашей команды РЕШЕНИЕ звучит так: "Через постоянный личностный и профессиональный рост мы улучшаем качество реабилитации наркозависимых в России, спасая человеческие жизни". Потому что на сегодня я, как специалист, который стоял у истоков реабилитации в России, могу сказать, что в данной проблеме у нас до сих пор уровень 1990-х. Хорошо, что есть центры, хорошо, что они сегодня уже существуют, не так, как тогда, когда я только начинал лечиться, и было всего 3 центра: в Одессе, Санкт-Петербурге и Москве.

Сегодня таких реабилитационных центров – тысячи. Но правда в том, что многие центры не лечат, а калечат людей, тем самым пятная само понятие «реабилитация». Под словом «реабилитационный центр» кроется много чего. И я рекомендую вам посмотреть наши ролики в YouTube, которые называются «Как правильно выбрать реабилитационный центр».

Как выбрать реабилитационный центр?

Часто родственники, совершая свой выбор в пользу дешевизны или близости нахождения реабилитационного центра от их дома, не разобравшись, кто там работает и как происходит сам процесс реабилитации, совершают ошибку в выборе, тем самым лишая своего близкого человека шанса на спасение. Потом и сами пациенты и их родственники думают, что они прошли реабилитацию. Но на самом деле реабилитации там не было и в помине.

Если взять медицину, то там работают врачи, есть фельдшеры, а есть медсестры и есть санитары. Так вот, выбирая реабилитационный центр, вы можете поместить своего близкого либо там, где работают врачи (по уровню, опыту, статусу и образованию), либо там, где работают санитары. И это будет называться точно так же: реабилитация. Такие «специалисты», которые сами только что прошли подобную реабилитационную программу с 1 годом чистоты, а зачастую и меньше, начинают свою санитарную деятельность, не отдавая себе отчета в том, что они не в состоянии, как хороший хирург, правильно провести операцию над человеческой жизнью с целью полной трансформации мышления и поведения резидентов своих "реабилитационных" избушек.

Регламентов до сих пор в нашей стране нет, легитимное поле только начали формировать. До сих пор не существует подобной профессии, и на нее нельзя выучиться. Даже названия профессии «аддиктолог» нет. Это средняя специальность между психотерапевтом, психологом, социальным работником и педагогом. Поэтому занимаются «реабилитацией» кто хочет и как придется.

Для изменения этой ситуации мы создали сеть реабилитационных центров, которые сегодня № 1 в России как по профессиональному подходу, так и по самой наполненности реабилитационной программы.

ПОЧЕМУ МЫ?

Это вкратце обо всей моей истории. Сегодня у меня идет 14-й год личного чистого и трезвого времени.

С УВЕРЕННОСТЬЮ МОГУ ВАМ СКАЗАТЬ, что нет безвыходных ситуаций есть ненайденные выходы. Говорю с уверенностью, потому что прошёл весь путь боли и разрушений, вследствие наркомании. Начинал восстановление не с нуля. С очень глубоких минусов. По всем сферам жизни. И вам больше ничего не надо придумывать самим. Этот путь энергетически и финансово крайне затратен. Вам просто надо набрать номер телефона и позвонить.

Запишитесь на бесплатную консультацию
Не откладывайте, сделайте это прямо сейчас!

Я руковожу развитием в сети центров профессиональной реабилитации наркозависимых РЕШЕНИЕ, занимаюсь обучением специалистов и контролирую рабочий процесс. Буду искренне рад быть вам полезным, потому что именно это составляет сегодня цель и смысл моей жизни.

Если у вас есть вопросы, то смогу ответить на них в соцсетях.


Вконтакте


Facebook

  Instagram


Одноклассники

Также на многие вопросы отвечает информация наших каналов в YouTube.

ССЫЛКИ НА НАШИ КАНАЛЫ YOUTUBE

Мой личный канал Ютьюб

Канал программы РЕШЕНИЕ

Искренне ваш, кандидат медицинских наук, психиатр-нарколог, психотерапевт Олег Болдырев

Поделитесь моей историей в социальных сетях. Возможно этим, вы спасёте чью-нибудь жизнь.

Поиск по сайту

Подпишись и получи бесплатно книгу от Олега Болдырева
YouTube канал
Изучите проблему и решение на моём канале YouTube
Моя книга
Энциклопедия независимости (Богданчиков В., Болдырев О., Сурайкин А.) 2006г.
VKontakte